Племянница Майи Плисецкой: «мой дед был убит, как собака, сваливали в безымянные могилы»

Она видит музыку в качестве палитры. Что это тень на ноты «ФА»? Ана бы сказать, что между красным и розовым. Это ее картина мира.

…Самых простых шагов балета она отправляется в большой, прекрасный уголок дерево с лопатой и элегантный свежий снег с дорожки. Затем растопить баню, а ее лицо особенно красивым в сиянии огня.

Последний представитель династии Плисецкий-Мессереров — на семейные традиции, родственные связи и любовь.

Племянница Майи Плисецкой: «Деда убили, как собаку, бросили в безымянную могилу»

— Анна, как зовут отца Александра плисецкого, я думаю, он более известен в Латинской Америке, где он создал балетную труппу.

— Это был самый красивый, талантливый и добрый. Все очень любили его. Он танцевал Вацлав в «Бахчисарайском фонтане» в Большом театре, затем стал импресарио, хореограф и режиссер в одном лице. Папа был в спешке, чтобы сделать все. Он дал программами и выступлениями по всему миру: в Австралии, в Перу, в Татарстане, Украине и Грузии. Это была Титаническая работа — организация гастролей Плисецкой в разных странах, так что иногда ему приходилось создавать с нуля труппы в исключительно трудных условиях, и сестра, пришли на все готовое.

Она, безусловно, звезда, потому что мы можем только поклоняться и служить. Он отвез ее и подождал, пока она копает два часа. Только и слышно было: «Алик, Алик!» Нет гостиницы, сестры ехали много миль, Мерседес на продажу и нашел покупателя — знаменитый скульптор Майя, чтобы сделать покупку недвижимости в Тракай, недалеко от Вильнюса.

Племянница Майи Плисецкой: «Деда убили, как собаку, бросили в безымянную могилу»

— Твой отец умирает в 54 года.

— Это разрыв. Операции на сердце невозможно отложить. Я прошла пробы в фильм «Мэри Поппинс, до свидания», которые также поставили себе танец, после окончания первого класса Ленинградское хореографическое училище имени А. Я. Вагановой, и после публикации фильма стал знаменитостью. Алекс сумел загнать в Петербург для съемки меня в соло «дети танцуют» в «Шурале» и Тбилиси, чтобы сделать первый выпуск «»Серенадой» Джорджа Баланчина».

Письмо от Игорь Юскевич с приглашением в Америку на операцию пришла летом 1985 года. Но 29 октября папа умер на операционном столе в Московской клинике. Вчера он провел вечер в гости, поднял рюмку и сказал: «может быть, завтра операция самоубийства». Это предчувствие…

Для Майя, смерть его старшего брата была страшным ударом…

Она плакала от обиды на такую несправедливость, больше и больше, чувство одиночества и пустоты. Майя не искали кого-то в ответ, если посыпались всякие сомнительные предложения, которые она взяла пассивно и отстраненно, с одной стороны, и на добровольной основе, если они льстили ее самолюбию, потому что художник чувствует себя под любимого, должен получить компенсацию в виде аплодисментов и цветов в больших количествах.

Ее детство не было ложе из роз…

Майя потеряла отца в возрасте 12 лет. Он был арестован в 1937 году, ночью и поиски длились 4 часа. Его пытали в течение 8 месяцев, затем убит и похоронен на Коммунарке. Советский Консул, как собаку, бросили в безымянных могилах. А потом взял свою жену Рейчел — звезда немого кино, очень талантливый. В доме никогда не вспоминал за трагедию, они, кажется, не только иногда мелькает скорбной мученической скорби. Бабушка легко просматривать. Войны Майя с большим трудом достал сандалии. Спустился к реке, сандалии, положил их в воду, и был потрясен: «как плавают лодки!» И Рейчел была счастлива с ней и русской матери был отдан папе.

— Ты училась в школе балета им. А. Я. Вагановой (ныне Академия русского балета имени Вагановой) и провел 10 лет в школе-интернате. Как вы помните это время?

Я был сухим и dlinnenkie, то их любил. Мой старший году я завидовал девочкам, развитые, у них есть форма, и я оставался худым, как подросток.

Родители приехали в гости, и Майя не придет никогда. Она дала мне красивый плед пальто ни у кого такого не было. У нее очень хороший вкус, и он угадал мой размер.

Я был недавно в Питере, зашел и увидел, Академии балета-маленькая девочка, грустно, что ей некуда идти. Я думал: все пойдут домой и в зале для физических упражнений и сна. Когда я учился в школе-интернате, бабушка, Рахель, я вложил в конверт три рубля, пять. Отправлено яблоки из ЗАГОРЯНКА. Спасибо Рейчел у меня было богатое детство. Что он сказал, я прочитал это. Это внутреннее содержание мне очень помогает, когда я одна.

Племянница Майи Плисецкой: «Деда убили, как собаку, бросили в безымянную могилу»

— Как ты получил ее в Мариинский театр, где вы взяли, после школы?

— Я попал в театр в уникальное время, когда он был заменен старым поколением. До этого он 10 лет в защите корпуса, затем соло положить. Сезон начался в сентябре, я уже дал один сольный Эффи в «Сильфида», в октябре. Каждый месяц новый сольный. И так было весь мой вопрос. В кордебалет был не один день, только в случае форс-мажора.

— Почему вы покинули Мариинский театр?

— Это глупо. Был спор с художественным руководителем и слева. Он не удосужился написать заявление — вот еще один! Я думал, когда вы хотите, а затем вернуться, и я развернулся. Пошел по контракту в Лозанне, Biaru. У меня было пять лет спустя, потому что обычно это для художников, после тридцати. Сезон танцы, и звезды, высокой моды, Джанни Версаче мне платье, но тренировка не была готова и я прошел в прекрасной Джерси от Анны де Джорджо. Тогда Джанни принесли его лично мне померить это платье для танцев было почти невозможно, так что платье было здорово. Затем на сцену были огромные зажженные свечи, и одна из них для меня завышена одежда слегка обгорела. Джанни был очень хорошим, она была такая теплая энергия, она стояла в крыльях и осторожно взяв меня за руку, спросил: «хорошо, Вася?» («Все хорошо?»)

Когда я вернулась в Петербург, она стала смена руководства в Мариинском театре. Репертуар не был и весь ад вырвался наружу. Я тебе больше скажу: в балете моего поколения, двойное гражданство, или нет, российский паспорт. Это реалии 90. лет.

— Но он также был сольную карьеру?

— Я увлеклась хореография Касьяна Голейзовского, где чувство музыкальный тон, необходимых для выражения с превосходной скульптуре. Большой успех дуэты и соло из балета «три настроения» Скрябина, Половчанки из «князя Игоря» Бородина и «цыганский танец» Желобинского, переведен из первых рук и технически сложный номер, который премьеры на сцене японского ручку Кайкан, которые никто не танцует, как и я. В зале присутствовали пять тысяч зрителей.

— Наверное, не помогло бы сравнение с Майей Плисецкой?

Может. Когда я играю важную роль в фильме-балете «Тарантелла Александра Аркадьевича Белинского», директор после одного дубля воскликнул: «танцевать, как Майя в свои лучшие молодые годы!»

— Почему Вы не взяли в Большой театр? Что случилось потом?

— Это все кошмар, полный бред. Я не собираюсь брать. Хореограф Борис Эйхман встретил в зале в Большом театре, кто-то из руководства сказал, обращаясь ко мне: «поздравляю с ценным приобретением!» Улыбнуло: «мы ничего не приобретем, мы будем смотреть!» Они создали комиссию-типа Совета, единогласно, по указке сверху, чтобы убедиться, что я не был в театре.

— Как прошло шоу?

— Что я показал там, я танцевала сотни раз во всем мире. И это случилось со мной впервые. Я не понимаю, почему он пошел. Нам пришлось отменить.

Есть люди в зале интересно смотреть, но на сцене они превращаются в пейзаж. И линий много, и поднимает ногу, и посмотреть. И есть художники, которые интересны на сцене смотреть. Они делают спектакль как Майя, кто находится в зале порой было коряво. Я место, не та аудитория.

— Вы могли бы стать звездой балета. Все это было: и способности, и внешние данные, и громкое имя. Хотя я знаю, что они были знаки, он писал: «ты никто!»

— Был такой: «есть Плисецкая, и ты не пойдешь». Для меня отношения не помогают, только мешают. Никаких преимуществ не было. Я сказал «Мэри Поппинс, до свидания», где я сыграла роль Джейн: «ты должен поехать в Америку и стать звездой Голливуда».

— Если вы оставили, что бы идти за второй сценарий.

— Мы все крепки задним умом. Моя история была бы другой, но этого не будет. Я испытываю вещи в жизни, которые, возможно, не выжили бы в иных обстоятельствах. Иногда я думаю: все, что вы катитесь в пропасть, а там, оказывается, более интересные и более взвинтили. Что может ранить человека? Это жизнь, или если есть кто-то, кто кровь пьет, он тянет и тянет, и кажется, что ездить в грубой…

— Майи Плисецкой не было детей. Я люблю тебя?

— Были влюблены? Я не знаю. Сладкий, слюнявые любовные сцены это не ее поле.

Майя была очень трудная жизнь. От него все время требовал что-то отдать, а чтобы доказать. Если кто-то пришел и она поможет. Она была бедной и во всем заработать. Я никогда не видела у Майи немного роскоши, который отличается от дикого подвижника. У нее не было мобильного телефона. Она даже потерял в век информационных технологий и бизнеса. От слова «Интернет» было жутковато.

Она была доверчивой, и постоянно нужно толкать ее на всякие авантюры, будет ли он «несчастным и преследуемым шоу дива» и на протяжении многих лет, что ее имя для продвижения своих собственных, или бизнесмен, который получил от вашего менеджера деньги и не платить их провинциальные труппы, пытаясь постучать в театральное училище, с подписанием договора связана с юной балерины. Где-то подписал письмо с ее именем, и начал выпускать кремы «Майя Плисецкая». Весь этот цирк не давало ей покоя в течение многих лет, и продолжались после его смерти, когда всплыли сомнительные личности с темным прошлым, хочу разбогатеть и открыть Любительский компании.

Я уже 15 лет держат домены, все вариации этой фамилии. В противном случае, висит порно. Это стоит денег, поверьте.

— Ты никогда не обижаться на тетю?

Она обидится, но хотел сделать — нет, никогда. Она была непосредственно, лично и открыто выражали свое недовольство. И я тоже иногда возмущался. Ее стимулировать, провоцировать меня. Однажды она позвонила мне и сказала какие-то глупые: «запрещается выходить от моего имени.» И затем он добавил, что для кого-то, кто сидит рядом, «что находится справа от дамбы?»

Она с детства была такой. Рейчел сказала мне, что Майя была в ярости, подушки, броски, а потом сказал: «Все колебания пропали!»

С Родионом Щедриным жила хорошо?

— О Любови Орловой и Григория Александрова. Должны быть хорошей парой. Кто-то спросит, какие отношения? Иногда трудно говорить с ней, и она подчинилась. Она была скромной в жизни. Никогда не капризничала, никогда не ставьте свои проблемы на других. Как Рейчел. Когда я был в 92-м была Рейчел, я не знала, что у нее рак.

Майя любила украшения?

— Поклонники что-то отдать. Только не надо делать из этих историй Зыкина, который, по сравнению с бизнесом было плохо. У Майя не было денег даже на обувь. У нее есть пенсия, мы пошли в магазин, где я согласился на скидку 30%. Денег хватает на две пары обуви. По какой-то причине, она хотела купить лодку каблуках, я сказал: «Ты не собираешься носить, что у вас есть боль в кости!» «Нет, я куплю его». Конечно, эти туфли тогда были распространены.

Майя вспоминала, как до моего дня рождения они отправились на экскурсию на Западе. Художников, живущих в пяти-звездочный отель «Шератон», и в коридоре, в воздухе стоит невыносимый запах от консервированных супов. Импресарио, который потратил 300 тысяч на вид, спрашивает: «Что это?» Он объяснил, что они вам $ 5 в день, а еще есть семейные носить. Майя около 80 процентов сборов Прима поставить. Мы шли с ней по улице в Мадриде, и мечтал: «если только все тратить!» Потом, те вещи, которые мне дано, потому что эти мешки не давайте ее в Мюнхене, в маленькой квартире, где как раз под роялем для сна. Вся моя одежда была от нее.

— Майя была невероятно долгой жизни на сцене.

Она работала по договорам. Импресарио требовали снова и снова, зрители пошли на это, в любом виде: даже если кожа на руках танцевать, хотя бы просто вышел, но это возможно! Она устала. И, как правило, пассивный. Каждый творческий человек ждет вас, чтобы позвонить ему. Это привычка из советского прошлого. Майя сказала: «я ничего не хочу, мне ничего не нужно». Она хотела слушать музыку, ходить на концерты, общаться. Я люблю рестораны. Если бы я имел возможность появилась, когда друг импресарио, я назвал его. Мы были отправлены красивый седан, и мы отправились на ужин в «Пушкинский». Майя любит поесть. В Японии она отвела меня в ресторан, мы были приглашены директора, Пьер Карден, он был Японский, обед, из там тысячи долларов.

Майе было скучно сидеть в Мюнхене. В отличие от Родиона, который свободно говорит на немецком, она не знала слов. В этом отношении он оказался совершенно беспомощным.

— Она была очень счастлива с изображением. Любил поесть, ненавидит диеты, жир и не откладывается!

— Иногда откладывается. У нее была очень красивая грудь, такой же, как Рейчел, третье измерение, по крайней мере, полукруглые и бедра. Однажды она потеряла много веса, когда я танцевала для Бежара. Он любит сухой. Но молодой Майя была толстая.

Племянница Майи Плисецкой: «Деда убили, как собаку, бросили в безымянную могилу»

Художник Борис Мессерер — твой дядя. Что остается в памяти Беллы Ахмадулиной?

Белла… «- это момент тяги и убил свечи» — я десять лет, когда я вспоминаю эти слова. Отец подписал несколько книг.

С Bellocco замечательный поговорить. Я думаю, что мы живем в одном мире. Когда я был совсем маленьким, она сказала: «я хочу кормить этого ребенка, он очень тощий.»

Я не пью алкоголь, потому что у меня есть тело почти как японцы, которые после рабочего дня не может тренироваться из-за того, что он выпил chetvertinku «Асахи». Не вырабатывается фермент. Мне один врач сказал: «у вас на ужин кусочек мяса с красным вином, это придаст силы». Я не ем мясо. Он сказал: «Подожди! Зима придет — съест». А мне там зимой. Я редко зимовать в России.

Десять лет назад я был в компании: шашлыки, водка. Я пил — ничего не чувствовать. Тогда зачем пить? С вином и наоборот. Половине стакана за ужином, и держит меня. Белла была той же. Он сел на ужин. Борис смотрит на свой стакан: «нет, дракона!» Она выпила немного и «ушли»…

Она была невероятно худой, с очень худыми ногами. Однажды, сидя в черные колготы, носки, поднял на ноги: «я могу сделать это!» Картина Беллы придумал Борис как образ Кармен. Это абсолютный символизм.

— Давай, за балетным станком?

— Иногда. Два года назад я был в Академии русского балета, но я выжил. У меня нет пенсии.

— Ана никогда не рассказывает о своей личной жизни.

Это из-за людей, чем в прошлом поколении, теперь вы не встретите. Приостановлено. Задержаться в моей жизни, надо не заставляй меня скорость чтения.

— Извините меня, конечно можно не отвечать, но почему вы такие красивые и талантливые, независимо от рождения ребенка?

— Несмотря ни на что. Денег нет. Может быть, я буду иметь детей. Однако я в последний раз Плисецкая.

— Анна, у тебя есть жизнь вне балета?

— Моя главная слабость-это невозможность продать. Если я собираюсь сделать сегодня? В поп? У меня есть руководство образование, я делал серьезные проекты с нуля и без бюджета. Мне удалось создать трогательную и комплексного функционирования «Город глазами джаза» в Концертном зале им. п. и. Чайковского, вокальный, программа, которая проводится в Кремлевском дворце, в камерный оркестр из 12 человек. Я знаю много, даже на улице с рук. По сравнению с моими предками я очень счастливая судьба.

Related posts

Leave a Comment